Великаны, циклопы и единороги, оказавшиеся костями слонов
Тысячи лет люди выкапывали из земли огромные кости и придумывали им самые невероятные хозяева: циклопов, драконов, библейских великанов и даже святых. Версия о том, что это останки вымерших слонов, оказалась в этом списке одной из последних. Путь к ней занял столетия споров, обмана и одного очень упрямого парижского анатома.
Фото: Adrian Grycuk, CC BY-SA 3.0, Wikimedia Commons. На снимке: музейный скелет шерстистого мамонта с бивнями, пример находок, которые веками принимали за кости великанов и рога единорогов.
Циклопы и слоновьи черепа
Многие культуры мира хранят предания о гигантских расах, которые жили в тёмном прошлом, воевали с богами или погибли в потопе. Эти рассказы подкреплялись находками: по всему Средиземноморью и Европе из земли извлекали кости, намного крупнее человеческих. Греческий философ Эмпедокл (около 492-432 годов до нашей эры) сообщал о гигантских костях из Сицилии, которые считались остатками расы великанов. Римский историк Плиний Старший упоминал ископаемую слоновую кость в земле, а по свидетельству Светония, император Август держал целую коллекцию крупных костей, найденных на острове Капри.
Особенно показательна судьба слоновьих черепов. У слона в передней части черепа есть огромное центральное отверстие, к которому крепится хобот. Для человека, никогда не видевшего слона, оно выглядело как единственная глазница, и череп принимали за череп одноглазого циклопа.
Единороги, драконы и мощи святых
В Средние века огромные кости снова объясняли гигантами или чудовищами, утонувшими во время Ноева потопа: библейская строка о великанах в книге Бытия давала удобную опору. Сибирские бивни принимали за рога мифического единорога или за клыки драконов. В некоторых местах гигантские зубы и позвонки мамонтов почитали как реликвии святых. Перебрали практически все варианты, кроме самого простого: это кости вымерших слонов.
Самый известный пример единорога связан с немецким городом Кведлинбург. В 1663 году на холмах Зевекенберге недалеко от него нашли кости, из которых собрали реконструкцию рогатого зверя. Одно из первых печатных изображений вышло в 1704 году в работе Михаэля Бернхарда Валентини, а Готфрид Лейбниц включил рисунок в трактат «Протогея», опубликованный посмертно в 1749 году. Современные палеонтологи видят в этой реконструкции химеру: «рог», вероятно, принадлежал нарвалу, череп напоминает череп шерстистого носорога, а лопатки и кости передних конечностей принадлежат шерстистому мамонту. Кто именно собрал животное, до сих пор спорят: традиция называет Отто фон Герике, но надёжных подтверждений этому мало.
Гигант Тевтобох и спор 1613 года
В начале XVII века при добыче песка близ города Лангон на юго-востоке Франции нашли огромные кости, а по рассказам, рядом лежало надгробие с надписью «Теутобохус Рекс» и серебряные монеты Гая Мария. Хирург Мазурье возил находки по Франции, выдавая их за останки вождя тевтонов, которых римляне разбили около 102-101 годов до нашей эры. Парижский хирург Николя Хабико публично доказывал, что кости принадлежат великану.
В 1613 году знаменитый анатом Жан Риолан выступил против этой трактовки. Сравнив строение костей, он заключил, что они принадлежат крупному животному, скорее всего слону, а история с находкой либо ошибка, либо подлог. Разгорелась ожесточённая полемика между врачами-анатомами и цирюльниками-хирургами, а кроме того, на анатомов набросились защитники буквального прочтения Библии. Одни называли кости подделкой, другие объясняли их «пластическими силами», vis plastica, будто бы пронизывающими землю и лепящими в ней подобия живых форм. Спор затих в 1618 году, так и не получив решения, и ещё два столетия новые находки чаще всего считали костями людей-гигантов.
Расследование всё же случилось позже. В 1634 году Николя-Клод Фабри де Пейреск поручил врачу осмотреть место находки. Надгробие к тому времени исчезло, а монеты оказались отчеканены в Массалии, нынешнем Марселе, и не имели отношения к Марию. Пейреск счёл историю мистификацией. Позднее кости передали в Национальный музей естественной истории, где их определили как останки динотерия, вымершего родственника современных слонов.
Великаны Нового Света
Огромные кости находили и в Америке. Коренные народы обычно связывали их с чудовищами, с которыми сражались предки. Европейские поселенцы видели в них останки великанов библейских времён, а некоторые считали бивни, которые почитали индейцы, проделками дьявола, подброшенными для искушения верующих. В 1519 году Эрнан Кортес получил от дружественных тласкальцев кость «великана» и отправил её испанскому королю как доказательство того, что гиганты когда-то жили в Новом Свете.
В 1706 году преподобный Коттон Мэзер из колонии Массачусетского залива объявил найденные кости останками «безбожных великанов, утонувших в Ноевом потопе». Часть он отправил на сертификацию в Лондонское королевское общество. Богословы в те годы подсчитывали рост Адама, получая цифру около 38 метров. Королевское общество так и не высказалось по существу: многие его члены к тому времени уже скептически относились к буквальному чтению Книги Бытия.
Почему вымирание считалось ересью
Помимо религиозной догмы, мешала ещё одна идея, идея Божественного провидения. Всемогущий и благой Бог, считалось, не допустит гибели ни одного из своих творений. Английский поэт Александр Поуп в «Опыте о человеке» (1734) писал о вселенской цепи бытия, связывающей животных, людей, ангелов и Бога: стоит разорвать одно звено, и рушится вся цепь. В такой картине вымирание выглядело кощунством.
К концу 1700-х годов стало всё очевиднее, что у многих находок нет живых аналогов. Исследователи добрались до отдалённых уголков мира, но огромные звери нигде не скрывались: ни в Южной Америке, ни в Африке, ни в Ост-Индии. Кости бегемотов, найденные в Париже и Лондоне, явно принадлежали тропическим животным, но их объясняли тем, что воды Всемирного потопа принесли их из тропиков.
«Американское неизвестное животное»
Решающие доказательства принесла Северная Америка. В 1739 году Шарль Ле Мойн, барон де Лонгей, отправился из Монреаля воевать с индейцами чикасо вдоль реки Огайо и нашёл останки, похожие на трёх слонов. Позднее он отправил кости в Новый Орлеан и затем в Париж, где ими заинтересовались натуралисты. В 1740-1750-х годах английские поселенцы переслали новые находки из Бигбон-Лик в Кентукки в Англию и Бенджамину Франклину.
Бивни явно напоминали слоновьи, но зубы озадачивали: они не походили на зубы ни одного из живущих слонов, хотя животное явно было слоновьих размеров. Сегодня известно, что это были останки американского мастодонта, Mammut americanum. Франклин предполагал, что зубы похожи на зубы хищника, хотя позднее он и другие решили, что животное было растительноядным. В 1769 году британский анатом Уильям Хантер отнёсся к идее хищничества всерьёз и назвал существо «американским неизвестным животным», которое независимо от слонов обзавелось бивнями.
Если это животное действительно было плотоядным, а я полагаю, в этом нельзя сомневаться, то как философы мы можем сожалеть об этом, но как люди не можем не благодарить небеса за то, что весь его род, вероятно, вымер.
Натуралисты по-прежнему не спешили соглашаться. Жорж-Луи Леклерк де Бюффон в 1749 году допускал, что многие «исчезнувшие» животные просто прячутся где-то в неизвестных землях, но крупнейшие сухопутные млекопитающие, мамонт и «неизвестное животное», вероятнее всего, действительно погибли. К 1778 году он связывал их исчезновение с катаклизмами ранней истории Земли и оценивал возраст планеты в 75 тысяч-3 миллиона лет вместо 6 тысяч лет, которые требовали буквалисты. Эти идеи не нравились богословам Сорбонны, но Бюффона защищал король, и преследований он избежал.
Кювье доказал, что вымирание реально
Факт вымирания окончательно утвердил Жорж Кювье (1769-1832). В апреле 1796 года на открытии Национального института он прочитал первую палеонтологическую работу, а в 1800 году она вышла под названием «Мемуары о видах слонов, живых и ископаемых». Две работы 1796 года, по сути, закрыли длительный спор о том, возможно ли вымирание. Он показал, что слоноподобные кости из Северной Америки принадлежат вымершему животному, которое позднее назвал мастодонтом.
До Кювье естествознание напоминало коллекционирование марок: любители составляли длинные списки видов, не анализируя сходство в их анатомии. Кювье почти в одиночку перевернул эту науку, препарируя множество разных животных и выявляя общие черты и различия. Так появилась сравнительная анатомия. В 1808 году он определил ископаемое из Маастрихта как гигантскую морскую ящерицу, первого описанного мозазавра. Его знаменитый закон корреляции частей гласит, что определённые признаки тела связаны друг с другом: у хищника острые зубы и когти, у растительноядного плоские стирающие зубы и копыта. Благодаря этому по нескольким костям можно воссоздать облик всего животного.
Современники описывали Кювье как высокого человека с «массивной» головой и густой гривой волос. После смерти учёные взвесили его мозг: он оказался равен 1830 граммам, более чем на 400 граммов тяжелее среднего и на 200 граммов тяжелее любого мозга, измеренного к тому времени. Но настоящим его наследием остались не рекорды, а метод: именно он превратил груду загадочных костей в строгую науку и положил начало палеонтологии позвоночных.